Ак мечеть

  • Decrease font size
  • Default font size
  • Increase font size
Главная Новости АКТУАЛЬНОСТЬ РЕФОРМ РЕЛИГИОЗНОГО ОБРАЗОВАНИЯ, ЗАЛОЖЕННЫЕ ГАЛИМДЖАНОМ БАРУДИ ЧЕРЕЗ 100 ЛЕТ
АКТУАЛЬНОСТЬ РЕФОРМ РЕЛИГИОЗНОГО ОБРАЗОВАНИЯ, ЗАЛОЖЕННЫЕ ГАЛИМДЖАНОМ БАРУДИ ЧЕРЕЗ 100 ЛЕТ

АКТУАЛЬНОСТЬ РЕФОРМ РЕЛИГИОЗНОГО ОБРАЗОВАНИЯ,

ЗАЛОЖЕННЫЕ ГАЛИМДЖАНОМ БАРУДИ ЧЕРЕЗ 100 ЛЕТ

Юсуф Акчура про Галимджана Баруди сказал: «Жизнь Баруди прошла по двум принципам: учиться и учить»[1]. Среди всех качеств, которые указывались современниками про Галимджана Баруди, мне более близки слова Юсуфа Акчура. Я 22-й год работаю директором медресе и считаю, что истинный мусульманин, в первую очередь мусульманин, который связан с педагогическо-просветительской деятельностью, должен жить по этому принципу. Это - принцип жизни не только Баруди, а принцип жизни в исламе. Нарушение этого принципа приводит к невежеству.

Баруди писал: «Ни в одной исламской стране, ни в Дагестане, ни в Бухаре, ни в Индии и Туркестане, ни в Египте и Хиджазе, ни в одной из них нет такого подхода, противоречащего сунне и шариату, нет такой методики обучения, какая существует в городах Булгар и Казани»[2]. Он посвятил свою жизнь организации мусульманского образования нового типа, которое называлось джадидизмом. Он организовал великолепное медресе «Мухаммадия», получение образования в котором было престижным, сюда стали приезжать обучаться не только татарская молодежь, но и с Кавказа, Туркестана, Казахстана. Но, в связи с начавшейся революцией, с последующим изменением политического строя страны, он не успел воплотить в жизнь все свои идеи.

Прошло 100 лет с тех пор. Но проблемы тех времен остаются и сегодня актуальными. Хотя мы говорим, что у нас все хорошо, у нас введен единый стандарт, но почему-то молодежь предпочитает учиться за рубежом. Это, наверно, является показателем уровня наших учебных заведений. В этом нельзя обвинять молодежь, а причины надо искать у себя. Это нельзя решить в приказном порядке сверху. Должен быть новый подход к образованию. По-новому надо организовать учебный процесс, учебные заведения. Я считаю, что мы можем организовать прекрасные учебные заведения. Для этого у нас есть ресурсы: наша молодежь уже более 20 лет обучается в престижных исламских учебных заведениях, много выпускников, окончивших эти учебные заведения, обладающих в совершенстве арабским языком и шариатскими науками. Среди них многие получили высшее светское образование в России. Просто их надо умело привлекать на преподавательскую деятельность. В отличие от времен Баруди, сегодня нам помогает государство, которое не только дает нам возможности заниматься религиозным образованием, а всячески и помогает нам. Выделяет деньги на развитие мусульманского образования, контролирует их правильное использование, и это тоже очень важно. Не мы сами же объединились, когда были разделены по муфтиятам, а государство объединило нас, и мы сейчас составляем единый совет по образованию. В организации учебного процесса нам помогают престижные университеты нашей страны.

У нас есть все необходимое, но у нас нет цели на будущее. Для начала мы должны осознать важность развития религиозного самосознания народа и совершенствования его нравственности. Это должно быть нашей целью. Если мы это осознаем, то легко будет найти выход.

 Мы зациклились на кадимизме и джадидизме, про другое и думать не хотим. Вот мол кадимизм плохо, а джадидизм хорошо, он открыл глаза нашего народа, кадимизм только и занимался тем, что всегда тормозил его движение вперед. Но ведь кадимизм и джадидизм были 100 лет назад. Тогдашний джадидизм сегодня стал уже кадимизмом. Потому что условия меняются, мир меняется. Сегодня время диктует новый подход к мусульманскому образованию, то есть требуется джадидизм, соответствующий нашему времени. В отличии от тех времен, сегодня в медресе приходят студенты, имеющие как минимум 9-11 классов светского образования. Среди них немало даже имеющих высшее светское образование. Есть мнение, что они должны изучать заново предметы из школьной программы, а они хотят только религию. В свое время Галимджан Баруди нашел выход из создавшейся ситуации. И мы тоже с помощью Аллаха найдем выход, ибо безвыходного положения не бывает. Я думаю, имея единый стандарт образования, надо дать медресе в пределах этого стандарта больше автономии. У каждого медресе все-таки должен быть свой почерк. Надо дать учебным заведениям дойти к намеченной цели своим путем. Религия – это не светская наука. К религиозному образованию должен быть свой подход. А мы все еще хотим ввести джадидизм 100-летней давности в наших учебных заведениях современными методами. Поэтому наши старания управлять религиозным образованием пока всегда приходят в тупик.

Еще раз повторюсь: у нас есть все необходимое для ведения образовательной деятельности, но у нас нет цели. Мы боимся от чрезмерной религиозности, нужно-ненужно хотим ввести светские предметы. Но ведь даже 100 лет тому назад Баруди не ставил такую цель, хотя в то время в учебных программах медресе почти не было светских предметов. Мы через светские предметы хотим идти по следам Баруди. Он конкретно изложил свою цель: «Вот моя цель и мои мысли: следует реформировать школы и медресе так, чтобы они стали ближе к религии и приносили пользу в реальной жизни. Нужно, чтобы и стар, и млад, придерживаясь религии, всеми силами заботились о ней, помнили о нравственности. Религия – не наука, а практика, стремиться к которой – цель любой науки. Долг каждого – иметь свои, независимые ни от кого взгляды, не лицемерить, беречь величие веры. Но в каждом деле нужна постепенность, ведь человеку трудно отказаться от привычного»[1].

Быть реформатором, значит идти против течения. Если посмотреть, хотя бы коротко, на биографию Г. Баруди, мы в этом убедимся. Он был суфием, шейхом тариката. Он был джадидистом, создал джадидистское медресе и прославился. Он шел впереди своего времени и за это расплатился, был сослан в Вологодскую губернию. «Он признал советскую власть, но во время встреч с лидерами татарских большевиков требовал сохранения религиозной автономии мусульман»[2]. Он жил для народа и в трудные времена был с народом, в голодный 1921 год защищая интересы голодающего поволжья приехал в Москву и умер.

Галимджан Баруди – первый свободно избранный муфтий татарского народа после 1552 г. Он был не только муфтием в сегодняшнем понятии этого слова, а был настоящим лидером, который мог вести за собой народ. Лидера всегда боятся, его ревнуют, ему ставят подножку. Галимджана  Баруди мы сегодня рассматриваем как лидера нации, положительного героя в истории татар. А в свое время не мало было и тех, кто был агрессивно настроен против него. В доносе кадимистов на имя Казанского губернатора в 1910 г. указывалось, что «Галеев (Баруди — А.Х.), Апанаев, Буби, Гаспринский... портили нашу мусульманскую молодежь и теперь заразят мирный народ, если не вывести вон новометодников... наши мусульмане станут помышлять о ханстве».[3]

Реформы религиозного образования, начатые Г. Баруди более 100 лет тому назад и сегодня остаются актуальными и они требуют титанического труда, которого не каждый может осилить.

 

Рустам хазрат Шайхевалиев

Директор Набережночелнинского медресе "Ак мечеть" 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить